Важно! Денег нет, сил дальше держаться — тоже

Вынужден сообщить, что сайту «Девичья курилка» требуется ваша помощь: у меня более нет ни малейшей финансовой возможности обеспечивать его функционирование. Домен smokingirl.info, например, вследствие неоплаты был потерян.

Если кому-либо сей сайт по-настоящему дорог (и, как показала практика, такие люди есть), готов принять благотворительное пожертвование (в правой части формы укажите «на номер договора 5003818571»): хостинг стоит 17 евро в месяц, продление домена — около 11 долларов США в год. Продление буду осуществлять по мере сбора средств.

В настоящее время хостинг оплачен до 4 октября 2019 г. Что будет дальше, я пока сказать не могу, но ясно одно: не будет денег — не будет сайта. С доменом ситуация лучше: оплачен до 6 мая 2021 г.

Курение табака – наш выбор, наше удовольствие, наше право

Часы. Кофе. Сигареты. Кафе. (Продолжение)

25 ноября 2009 - Townsman
Часы. Кофе. Сигареты. Кафе. (Продолжение)

МАВЕРИК

 

Часы. Кофе. Сигареты. Кафе.

Она сидела и старалась не смотреть на вход, он опаздывал. Заказав себе только кофе, она продолжала листать меню, которое уже знала наизусть. Она на него злилась, он опаздывал. Завтра у него самолет. Одиннадцать часов разницы и тысячи километров, которые их будут разъединять в эти дни.

Официантка подошла еще раз, всем видом стараясь ее ободрить и сказать, что он придет.
— Я всегда буду рядом, я буду тебе писать, — она вспомнила, как он гладил ее по руке и пытался успокоить.
— Мне страшно, — призналась она.
— Чего боится моя девочка? – он обнял ее.
— Вдруг ты вернешься другим, — она серьезно смотрела на него.
— А вдруг ты станешь другой, я же тоже боюсь, — он отсел от нее и достал сигареты.
— Меня ждут, — услышала она знакомый голос, вырвавший ее от воспоминаний.
Он приехал к ней со встречи, и она снова могла полюбоваться, как на нем сидит костюм.
— Чем ты расстроена, — он поцеловал ее.
— Ничем, я немного устала, — соврала она.
Сев напротив, он достал пачку сигарет.
Она смотрела на циферблат часов, которые выглядывали из под рукава пиджака.
Секундная стрелка быстро бежала, минутная чуть тянулась, часы просто стояли на восьми.
— Привези мне что-нибудь, — попросила она, отрывая взгляд от часов.
Он улыбнулся.
К их столику подбежал ребенок. Девочка смотрела на них и улыбалась.
Он смотрел, как заблестели ее глаза, и тут же сел рядом с ней.
— Я скоро буду с тобой рядом, ты даже не заметишь, как пролетит время, — она прижалась к нему, слушая его, — Я буду много, много тебе писать, моя девочка.
Снова подошла официантка и принесла еду, вино.
Она украдкой посмотрела на часы. Было уже десять, им надо было скоро уходить.
«Как быстро бежит время», — подумала она. Секундная стрелка сделала еще один круг.

Часы. Кофе. Сигареты. Кафе. Вечер.

Она вбежала под навес кафе и стряхнула зонт. Дождь был сильный, казалось, что кто-то сверху выливает ведра воды на землю. Она присела за столик, тут же под навесом на улице. С навеса стекала вода, делая живой занавес. Почти все посетители сидели внутри, и под навесом была только она, сидящий к ней спиной мужчина и обнимающаяся парочка, завернувшаяся в плед.
— Я к вам сейчас подойду, — приветливо произнес официант, протягивая ей меню.
— Принесите мне, пожалуйста, кофе и плед, — улыбнувшись, произнесла она, протягивая меню назад.

Она откинулась на плетеный стул, укрывшись в клетчатый плед. На улице начало темнеть, и официанты принесли свечи и включили висящие лампы, дающие желтоватый теплый свет вокруг.
Ей принесли кофе. Она вытянула ноги и, прикрыв глаза, сделала первый глоток.
Официант принес, свежую выпечку, она улыбнулась и поблагодарила его.
Мужчина закурил, и она потянула носом. Чуть знакомый запах, но не тот.
Она порылась в сумочке и достала часы. Прижав их к уху, она слушала их мерный ход.
— Вам бы подошли эти часы, — заметил мужчина, проходя мимо ее столика.
— Они же мужские, — улыбнулась она.
— Можно я присяду к вам, не люблю пить кофе один, а сын опоздал, — мужчина сел напротив. Она подняла глаза, разглядывая его. Мужчине было за пятьдесят, но его глаза сияли и были радостны, как у мальчишки.
Она продолжала крутить часы в руках, иногда поднося их к лицу. Кожа ремешка еще хранила запах владельца.
— Вам дороги эти часы? – мужчина закурил. Она оторвала взгляд от часов и продолжила рассматривать его. Он подносил сигарету ко рту, зажав ее двумя пальцами, а затем выпускал струйку дыма, чуть в бок, чтобы не попасть на нее.
— Да, это почти подарок, — улыбнулась она.
— Почти? – удивился он.
— Это долгая история, — она подняла руку, призывая официанта, — Еще кофе.
— И мне тоже, — попросил мужчина, — Вы мне расскажите?
— Не думаю, — она улыбнулась.
— Кому как не незнакомцу рассказывать свои тайны, — усмехнулся он, кивая официанту, — Ну, хорошо, хорошо, расскажите, как вы проводите время, чем вы занимаетесь?
— Я гуляю, читаю, смотрю фильмы, иногда встречаюсь с друзьями, много еще что.
— А у вас есть семья, дети?
— Нет, — она снова взяла в руки часы.
— Неужели вам, в конце концов, не надоедает такая жизнь. Согласитесь, это нелепо? – он смотрел на нее как взрослый, испытавший все в этой жизни.
— Не все ли равно, что радость ложная; лишь бы верить, что она – истинная, — произнесла она, вспомнив, как когда читала эта фразу в книге.
— Да, вы философ, юное дитя, — мужчина засмеялся, хлопнув себя по колену.
— Нет, я просто много читаю, — улыбнулась она ему. Ее забавляло его простота и веселость.
— Вы любите его? – он указал на часы, которые она не выпускала из рук.
— Я скучаю по нему, — тихо произнесла она.
— А разве это не одно и тоже? – удивился он.
— Не знаю, у каждого по-разному, — улыбнулась она и снова позвала официанта.
Сунув деньги в маленькую кожаную книгу, она встала.
— Было приятно выпить с вами кофе, — улыбнулась она.
— И мне, — он поднялся и протянул ей руку. Она протянула свою. У него была большая чуть шершавая рука.
— Всего вам хорошего, — он улыбался.
— И вам.

Часы. Кофе. Сигареты. Кафе. Интервью.

Он сидел и нервно курил уже третью сигарету. Она чуть опаздывала. Время ожидания не придавали ему уверенности. Она была известным фотографом.. А он? Он был просто студентом с пятого курса, которому поручили взять интервью. В редакции посмеивались над ним, а когда такой известный фотограф согласилась дать ему интервью, за его спиной еще стали и зло шушукаться.
А что он сделал? Он просто позвонил и предложил ей выпить кофе и французские булочки в ее любимом кафе. Она же ему подарила за это два часа.
И вот из этих двух часов уже прошло полчаса. Он нервно курил и рисовал в своем блокноте.

— Извините, я опоздала, — улыбнувшись, поздоровалась она, протягивая ему руку с длинными ухоженными пальцами.
— Ой, что вы, — он неуклюже вскочил, уронив полупустую чашку, — Как я неуклюжий, — с отчаяньем произнес он, стараясь вытереть стол.
— Вы милый, — она села напротив, разглядывая его.
Его голос был низкий, как будто он был толстяком, а не долговязым парнем. Длинный нос, тонкие губы и челка, падающая на лицо, которую он поправлял.
— Извините, — снова промямлил он.
— Скажи, откуда вы узнали, что это мое любимое кафе? – ей было любопытно. Она ни когда не рассказывала про это место, и, наверное, именно из-за любопытства, она согласилась встретиться с ним.
— Я просто наблюдательный и мне очень нравятся ваши работы, — беззаботно произнес он, — Перед тем как позвонить вам, я еще раз просмотрел все ваши работы и наткнулся на несколько фотографий сделанных в одном и том же месте, — он пожал плечами, — А на одной из фотографий я нашел снимок чашки, на котором и было название кафе, — улыбнулся он.
— Потрясающе, — воскликнула она, — Видимо я не зря согласилась с вами встретиться. Ей нравился этот молодой человек. Он не был таким снобом, которые обычно брали у нее интервью и скорее были заняты собой, чем интересовались ее работами и ей.
Они заказали еще кофе. И продолжили разговор.
— Ваши фотографии, они почти документальны, даже если и постановочные.
— Я люблю правдивость. Я скорее за некрасивое лицо, в котором кто-то увидит что-то свое, чем за лицо выправленное макияжем. За слезающий с ноги ботинок или порванный чулок. Достоверную семейную сцену. За все настоящее.
Они закурили, и она продолжила, — Я очень смешная, но люди этого не замечают.
— Людей всегда пугают долговязые с серьезными лицами, — произнес он с понимаем в голосе и тут же покраснел, — Извините, вы красивая, — докурил сигарету и нервно затушил ее.
— Что ты, — засмеялась она, — Я всегда знала, что не красива. Я отключила в себе сексуальность и находила это комфортным, меня это не мучило. Мои красивые друзья всегда тряслись над своей красотой. Выскакивающие прыщи, длина волос, пухлые губы, цвет глаз, — их всегда волновало это, меня нет.
— Вы знамениты, как вы справляетесь с этим?
— Мне не нравиться быть знаменитостью. Быть знаменитостью — это что-то из сферы обслуживания. Как мыть туалеты, — усмехнулась она, отламывая ложкой кусочек шоколадного кекса.
— Я слышал, вы еще и делаете зарисовки для своих фотографий.
— Да, но я вечно где-то забываю свои записные книжки.
— Не боитесь оставлять их без присмотра? – улыбнулся он, доедая яблочный пирог.
— Мне нечего опасаться, пока я знаю специальные буквы, — хихикнула она.
— Специальные буквы? – не понял он.
— Норвежский язык.
— Норвежский? – он был шокирован, — Но откуда?
— Мой дед молодым уехал в Норвегию рыбачить, оставив жену и дочку в дома. Ему нравились эти северные края. Маленькой я часто ездила к нему, и он меня учил языку.
— Как вы относитесь к клубам, барам, ночной жизни?
— Мне кажется, нет никого смысла напиваться, если вы не собираетесь танцевать до изнеможения и быть диким и не управляемым, — они засмеялись.
Он посмотрел на часы за ее стеной и с ужасом увидел, что осталось пара минут.
— Ты увидел там что-то страшное? – усмехнулась она, разглядывая его искаженное лицо.
— Время.
— Да, ты прав, время ужасно, — она засмеялась, — Чем же тебя так испугали часы за моей спиной.
— Наше время для интервью закончилось, — он не скрывал, что расстроен этим.
— Давай я что-нибудь придумаю со временем, а ты придумаешь мое интервью, — подмигнула она.

Часы. Кофе. Сигареты. Кафе. Ненапечатанное интервью.

Официантка принесла ему уже третью чашку. Она опаздывала. Его предупреждали, что она никогда не приходит во время, но он не ожидал что настолько.
— Она боится, что никому не нужна и поэтому заставляет себя ждать, чтобы чувствовать хоть какую-то нужность, — объяснял ему редактор.
Ему хотелось есть, но он боялся, что как-то принесут еду, она войдет в дверь. Он начинал злиться, то на нее, то на себя, что не заказал еду еще час назад.
Он уже тысячу раз прорепетировал все вопросы, которые должен был ей задать.

— Извините, я опоздала, — улыбнувшись, произнесла она.
Он не видел, как она вошла, и когда поднял на нее глаза, в них было удивление.
— Вы удивлены, что я пришла? – усмехнулась она, — Но мы, же договаривались.
— Я не заметил, как вы вошли, — попытался он оправдаться, отодвигая для нее стул, и забирая из ее рук белое кашемировое пальто.
Они заказали напитки, она мартини, он крепкий кофе.
— О чем бы вам не хотелось говорить? – неожиданно для себя спросил он, и тут же мысленно стал ругать себя, за такое начало разговора.
— А вы оригинальны? – усмехнулась она, не жалея, что пришла, — О себе, — чуть подумав произнесла она, играясь оливкой.
— Так о чем же мы тогда будем говорить? – он снова почувствовал себя дилетантом, задающим глупые вопросы.
— Конечно же, обо мне, — ей нравился этот репортер.
— Вы знамениты, вас много фотографируют, вас многие знают? – попытался он вернутся к списку своих вопросов.
— Фотографы — мужчины взгляда. Но увидеть еще не значит узнать. Меня видят, но меня не знают, — с грустью заметила она.
— У вас много было мужчин?
Она хихикнула.
— Вы имели в виду фотографов? – подмигивая ему, произнесла она, — Много.
Он чувствовал, что краснеет и радовался, что загар скрывал это.
— Ваш первый фотограф?
— Ах, мое первое свидание, — она над ним просто издевалась, — В любви и в отношениях главное начало, первое свидание. Только оно решает, если у вас будущее. Если человек мне нравился, я старалась сделать первое свидание запоминающим. Но я ненавижу расставаться, — воскликнула она, — Ненавижу последние слова, — она чуть нахмурила брови, — Я даже книги не дочитываю, не люблю последние страницы, — пошарившись в сумочке, она вытащила пачку длинных сигарет, — Пытаюсь бросить, — пожала она плечами и закурила.
Он сидел и смотрел с обожанием на эту женщину, пленившую его за какие-то несколько минут. Когда он собирался на интервью, ему казалось, что он будет разговаривать с самовлюбленной пустышкой, а перед ним сидела, чуть уставшая от всей суеты женщина, которая пыталась не быть одинокой.
Постепенно, они разговорились, и он узнал историю ее жизни, ее любви.
— Последний мой мужчина, — она задумалась. Он почувствовал, что она еще не готова рассказывать об этом, — Мой мужчина, — она снова замолчал, — Они соблюдают верность женам не из соображения нравственности – они подчиняются морали из страха потерпеть провал в качестве любовников. Они верны женам, потому что боятся не справиться с тем, что не отвоюют женщину у других мужчин.
— Он не хотел воевать? – он взял ее сигарету из пачки.
— Я выброшена из любви, — она заказала четвертое мартини, — Быть выброшенным из любви – значит быть брошенным, как вещь, ставшая ненужной, — она одним глотком выпила напиток и заказала еще, — Любовь это как головокружение, которое притягивает нас к другому человеку, но такое, же головокружение увлекает покинутого в другую бездну, — она, покачиваясь, встала, и пошла к выходу, — Вы, же заплатите, — обернувшись, произнесла она, — И мое интервью, — она замолчала.
— Какое интервью?..
 

Похожие статьи:

Азы куренияФормы и размеры

Азы куренияПачки и крепость

Новости сайтаА почему бы не рассказать о своих сигаретах?

Курительные аксессуарыПортсигары и кисеты

Азы куренияВыбираем марку сигарет

Рейтинг: +6 Голосов: 6 6859 просмотров
Комментарии (1)
Smokeladi.Kiss. # 10 сентября 2011 в 03:50 +1
Романтика курения в кафе.
О чем говорят в курилке?
Сигареты Курение Сигарета Реклама Подростки Женщина Табак Палево Подростковое курение Marlboro Жизнь Родители Масло Холст Курить Winston Веттриано Жанровый рисунок Реализм Мама Испания Дым Школа Мужчина Любовь Chesterfield Сигариллы Первая сигарета Покупка Удовольствие Запрет Друзья Lucky strike Ночь Подросток Курилка Антикурители Мальборо Папиросы Кофе Девушка Здоровье Без фильтра Пачка Грусть Никотин Camel Ментол King size Борьба Затяжка Запах Россия Винстон Подросковое курение Кино Подруга Вкус Стихи Помощь Зажигалка Дом Мысли Выбор Vogue Курильщики Девушки Запреты Балкон Первый раз Удовольствие от курения История Ретро Одиночество Продажа Красота Начало Курящая девушка Борьба с курением Болгария Елизавета серебрякова Сигары Parliament Музыка Медицина Закон Киршнер Модерн Ар-нуво Курение в одиночестве Старый добрый табак. Сайт Пропаганда Сигара США Контрабанда Счастье Kiss Superslims Kent Марка Улица Окно Крепость Первая Курильщик Курильщица Дети Трубка Украина Мысли вслух Беременность Статистика Лето Вопрос Ларёк Парламент Вред Юмор Женское курение Пепельница Свобода Ностальгия Привычка Германия Курение в общественных местах Утро Пепел Подруги Портрет Желание курить Страх Прима Магазин Первая затяжка Покупка сигарет Девичья курилка Выдох Детство Отношения Курю Психология Женщина и сигарета [by ledy lee] Творчество Чувства Размышления Запрет курения Проблемы Зима Донской табак Беломорканал Ретро-реклама Richmond Знакомство Понимание Опыт Ресторан Приветствие Окурки Наслаждение Фото Slims Поезд Законы Тайное курение Воспоминания Антикурильщики Учеба Электронные сигареты Продавщица Davidoff Sobranie Папа Кент Чулки Курение. Курящая Желание Свечи Вдыхание Турция Люди Счастливое детство Литература Кофе и сигареты Искусство Франция Имидж Исследование Ограничение Поэзия Дамские сигареты Стиль Китай Право курить Штраф Импорт Акцизы Esse

На сайте приятно накурено, или НЕКУРЯЩИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН!